![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
istind1. НЕВОЗМОЖНОСТЬ НАСТУПЛЕНИЯ
Эту войну можно остановить, но выиграть её невозможно.
Наступление застопорилось! Начнём с проблем поля боя. В частности, в эпоху беспилотников войну, похоже, невозможно выиграть. Увеличение усилий, живой силы, снарядов, техники и расходов – всё это сводит на нет результаты в этом новом типе боевых действий. Российско-украинская война переопределила концепцию современной войны. Революция, произошедшая в ней за последние три с половиной года, поистине сравнима с появлением арбалетов, огнестрельного оружия, а затем и нарезного. С появлением пулемётов и дальнобойной артиллерии методы ведения войны не изменились так же, как с появлением военных БПЛА. Сегодня воюющие стороны больше не разделены полосой шириной в несколько сотен метров, перекрывающей дальность стрельбы огнестрельного оружия.
Такие полосы можно легко преодолеть стремительным наступлением за считанные минуты или перебросить через них тяжёлую технику. Современные воюющие стороны разделены километрами полей смерти. Траншеи разделены пустым пространством. Всё, что попадает между ними и что можно обнаружить сверху — будь то ОБТ, БТР, БМП или крупное скопление пехоты — имеет ожидаемую продолжительность жизни в несколько минут. Эти поля могут быть покрыты только небольшими штурмовыми отрядами из пяти-шести человек. Загляните на Deepstatemap и посмотрите на расширение «серых зон», и, более конкретно, на то, как они расширяются по мере того, как бушует война и усиливается война с использованием беспилотников. Эти области совершенно непригодны для любого наступления, как это давно определено в Combat Action 101. Это полностью исключает возможность наращивания личного состава или техники или попыток прорыва целыми подразделениями, не говоря уже о более крупных.
Если на прорыв отважится 12-тысячная механизированная дивизия, вооружённая 100 ОБТ, попытка закончится 12 000 трупов и 100 искореженными кусками пылающего металлолома. То же самое касается армейского корпуса или даже всей фронтовой армии размером со Вторую мировую. У них не будет ни единого шанса. Единственный способ продвинуться в сложившихся обстоятельствах — выдвигать штурмовые группы по одной. Если повезёт, они в конце концов проведут зачистку, и на место прибудет подкрепление. Когда поле боя выглядит так, будто оно вырвано из стратегической игры, словно прозрачная дыра, обстреливаемая авианалётами, боевые действия сводятся к локальным стычкам за дот, траншею или просто любую вырытую в земле яму. В таких условиях эти ямы будут переходить из рук в руки по несколько раз в день месяцами, если не годами.
Этот формат практически исключает успешные прорывы. Вернее, можно попытаться их осуществить, но единственным возможным исходом станет ситуация «оленя в свете фар», когда вы сталкиваетесь с вражескими беспилотниками и артиллерией, что является катастрофой, ведущей к прорыву. Харьковское контрнаступление Украины осенью 2022 года стало, по сути, последней крупной операцией этой войны, оказавшейся лебединой песней для прежней тактики. Теперь мы понимаем, что это могло произойти только в первый год этой войны, когда нынешнее положение дел на поле боя ещё не было реальностью, и не существовало непроходимых минных полей, контролируемых эскадрильями беспилотников с воздуха. По сути, именно поэтому разрекламированное украинское контрнаступление 2023 года так и не стартовало. К тому времени война уже сформировалась и приняла нынешний формат.
Технический прогресс всегда однонаправлен. Нельзя ничего переосмыслить или разрушить уже устоявшийся формат. Современную войну невозможно отбросить к временам танковых клиньев и прорывов по всему фронту. Что есть, то есть. Вы выделяетесь и хрипите за много миль от противника. Следовательно, никакие попытки Путина или Украины на поле боя вряд ли нарушат этот статус-кво. Конечно, Путин может возобновить мобилизацию и отправить миллион человек в окопы. Но в любом случае, этих ребят придётся разделить на штурмовые отряды по пять-шесть человек, чтобы попытаться захватить дот. Они могут увеличить интенсивность боевых действий и расширить маршруты наступления. Но это всё равно не будет ни эффективнее, ни быстрее. Войска будут медленно продвигаться вперёд по всей 1000-километровой линии фронта. Мы столкнулись с войной, которая не даёт стратегического преимущества. Продлится ли война ещё три, пять или даже десять лет, мы будем наблюдать ту же общую динамику. Более того, с дальнейшим развитием технологий беспилотников обе стороны будут вынуждены ещё глубже окопаться, несмотря на всё меньшие шансы на успешное наступление. Эту войну можно остановить, но выиграть её невозможно.
(продолжени следует)
Эту войну можно остановить, но выиграть её невозможно.
Наступление застопорилось! Начнём с проблем поля боя. В частности, в эпоху беспилотников войну, похоже, невозможно выиграть. Увеличение усилий, живой силы, снарядов, техники и расходов – всё это сводит на нет результаты в этом новом типе боевых действий. Российско-украинская война переопределила концепцию современной войны. Революция, произошедшая в ней за последние три с половиной года, поистине сравнима с появлением арбалетов, огнестрельного оружия, а затем и нарезного. С появлением пулемётов и дальнобойной артиллерии методы ведения войны не изменились так же, как с появлением военных БПЛА. Сегодня воюющие стороны больше не разделены полосой шириной в несколько сотен метров, перекрывающей дальность стрельбы огнестрельного оружия.
Такие полосы можно легко преодолеть стремительным наступлением за считанные минуты или перебросить через них тяжёлую технику. Современные воюющие стороны разделены километрами полей смерти. Траншеи разделены пустым пространством. Всё, что попадает между ними и что можно обнаружить сверху — будь то ОБТ, БТР, БМП или крупное скопление пехоты — имеет ожидаемую продолжительность жизни в несколько минут. Эти поля могут быть покрыты только небольшими штурмовыми отрядами из пяти-шести человек. Загляните на Deepstatemap и посмотрите на расширение «серых зон», и, более конкретно, на то, как они расширяются по мере того, как бушует война и усиливается война с использованием беспилотников. Эти области совершенно непригодны для любого наступления, как это давно определено в Combat Action 101. Это полностью исключает возможность наращивания личного состава или техники или попыток прорыва целыми подразделениями, не говоря уже о более крупных.
Если на прорыв отважится 12-тысячная механизированная дивизия, вооружённая 100 ОБТ, попытка закончится 12 000 трупов и 100 искореженными кусками пылающего металлолома. То же самое касается армейского корпуса или даже всей фронтовой армии размером со Вторую мировую. У них не будет ни единого шанса. Единственный способ продвинуться в сложившихся обстоятельствах — выдвигать штурмовые группы по одной. Если повезёт, они в конце концов проведут зачистку, и на место прибудет подкрепление. Когда поле боя выглядит так, будто оно вырвано из стратегической игры, словно прозрачная дыра, обстреливаемая авианалётами, боевые действия сводятся к локальным стычкам за дот, траншею или просто любую вырытую в земле яму. В таких условиях эти ямы будут переходить из рук в руки по несколько раз в день месяцами, если не годами.
Этот формат практически исключает успешные прорывы. Вернее, можно попытаться их осуществить, но единственным возможным исходом станет ситуация «оленя в свете фар», когда вы сталкиваетесь с вражескими беспилотниками и артиллерией, что является катастрофой, ведущей к прорыву. Харьковское контрнаступление Украины осенью 2022 года стало, по сути, последней крупной операцией этой войны, оказавшейся лебединой песней для прежней тактики. Теперь мы понимаем, что это могло произойти только в первый год этой войны, когда нынешнее положение дел на поле боя ещё не было реальностью, и не существовало непроходимых минных полей, контролируемых эскадрильями беспилотников с воздуха. По сути, именно поэтому разрекламированное украинское контрнаступление 2023 года так и не стартовало. К тому времени война уже сформировалась и приняла нынешний формат.
Технический прогресс всегда однонаправлен. Нельзя ничего переосмыслить или разрушить уже устоявшийся формат. Современную войну невозможно отбросить к временам танковых клиньев и прорывов по всему фронту. Что есть, то есть. Вы выделяетесь и хрипите за много миль от противника. Следовательно, никакие попытки Путина или Украины на поле боя вряд ли нарушат этот статус-кво. Конечно, Путин может возобновить мобилизацию и отправить миллион человек в окопы. Но в любом случае, этих ребят придётся разделить на штурмовые отряды по пять-шесть человек, чтобы попытаться захватить дот. Они могут увеличить интенсивность боевых действий и расширить маршруты наступления. Но это всё равно не будет ни эффективнее, ни быстрее. Войска будут медленно продвигаться вперёд по всей 1000-километровой линии фронта. Мы столкнулись с войной, которая не даёт стратегического преимущества. Продлится ли война ещё три, пять или даже десять лет, мы будем наблюдать ту же общую динамику. Более того, с дальнейшим развитием технологий беспилотников обе стороны будут вынуждены ещё глубже окопаться, несмотря на всё меньшие шансы на успешное наступление. Эту войну можно остановить, но выиграть её невозможно.
(продолжени следует)
