Ладога. К вопросу о первой столице Руси
Mar. 19th, 2026 08:46 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
istindБЛУДАЮЩАЯ СТОЛИЦА
(к вопросу о появлении столицы в средневековой Руси)
В современной схеме русской истории большое значение придается вопросу о появлении первой столицы Руси. Принято считать, что ею была Ладога, 1250-летие основания которой было отмечено в 2008 г. как государственный юбилей Российской Федерации. Отсюда, мол, и стартовала российская история, позже переместившаяся в Новгород, а уже оттуда – в Киев. Оставляя в стороне вопрос об истоках идеи перетекания истории Руси/России с Севера на Юг и снова на Север и его содержательное наполнение в модерной русской историографии, предлагаю задуматься над тем, не заблудилась ли столица Руси и вообще существовало ли само понятие «столица» в догосударственный период восточнославянской истории? Сообщая об организации военного похода с Новгородского Севера князем Олегом и захвате им Киева, «Повесть временных лет» под 882 г. среди прочего извещает: «..в лето 6390. Поиде Олегь, к Смоленску с кривичи, и прия град, и посади мужи свой. И придёт к горам киевьским ... И сяде Олег- княже в Киеве, и говорит Олегь: «Се буди мати градомь русьским». Это летописное сообщение в научной литературе истолковывается обычно как объединение ранее разделенной на новгородскую и киевскую «половины» Руси в одно государственное тело с центром в Киеве.
При этом, вложенные летописцем в уста князя-язычника Олега давно уже ставшие хрестоматийными слова «Се буди мати градом русьским», трактуются буквально, как провозглашение новгородским узурпатором Киева общерусской столицей. К примеру, Д.С.Лихачев обосновывал, что «слова Олега имеют совсем четкий смысл: Олег объявляет Киев столицей Руси (ср. Аналогичный термин в греческом - μητρόπολις мать городов, метрополия, столица). Именно с этим объявлением Киева столицей Русского государства и связана последующая фраза: «и оттоле, т.е. с момента обьявления Киева столицей Руси| прозвашася Русью». Такого же мнения придерживается и современный украинский исследователь Я.Р. Дашкевич: «Сфальсифицирована вроде бы древняя идея о «Киев - мать городов руських»... не было ни одной идеологической нагрузки в этом высказывании ни во временах Олега, ни в часах написания летописи. Словосочетание «мать городов» — обычная калька с греческого языка, перевод слова «метрополис» (в значении «столица»). Эту кальку перестали употреблять в 15 в.». Между тем, это словосочетание есть древнего, книжного по своему содержанию происхождения и несет в себе действительно мощную идеологическую нагрузку. Текстологические параллели этому летописному фразеологизму, помеченные учеными в книгах Священного Писания (Гал. 4: 26 памятниках, свидетельствующих о том, что знаменитыми приписываемыми язычнику Олегу словами Киев явно отождествляется с Новым Иерусалимом в стороне развития средневековой библейской экзегезы, христианской теологии и эстетики, где иерусалимской идее отводилось почетное место. Ориентация древнерусских книжников на библейскую традицию была неотделимо связана с рецепцией византийской политической культуры с ее православным осознанием исторического процесса. сообщества. Основанная Константином Великим 324 г. на европейском берегу Босфора (на месте древнегреческого Византия) столица Византийской империи (освященная 11 мая 330 г.) была известна в тогдашнем мире как «Новый Рим».
Из многих эпитетов на его определение в славянской письменной традиции укоренилось название «Царгород», закрепленный соответствующими канонами Халкедонского и Константинопольского церковных соборов. В этой политической символике подчеркивалась имперская сущность Константинополя как столицы новой . Его же экклезиологическое, духовно-религиозное первенство отразилось в наименовании «Новым Иерусалимом».
Представления о столице Византийской империи как наследнице Иерусалима основывались на основополагающей для ромейской идеологии концепции богоизбранности Византии – Нового Израиля. Бог пренебрег евреями и взамен призвал к себе греков. Он даровал им священство и царство, а также пророчество – Новый Завет, написанный на греческом языке. Эта идея отчетливо прослеживается, например, в послании византийского патриарха Фотия армянскому католикосу Захарии (862-876 гг.), в котором, в частности, утверждается, что построен «вторым Давидом», то есть св. Константином, Царьград или Константинополь является «вторым Иерусалимом», городом, в котором сбылось пророчество о непоколебимости Божьего Града: «Бог среди него, да не шатается» (Пс. 45, 6). Вторым Иерусалимом называет Константинополь и византийский патриарх Фотий в своих ламентациях по поводу осады города «варварами с севера» в 860 г. Иерусалимский топос был определяющим для архитектоники городского пространства византийской столицы. Строитель христианского мегаполиса Константин Великий стремился превзойти Рим величием новой столицы. Как свидетельствуют материалы специальных исследований, урбанистическим идеалом для него был Иерусалим. Так, кафедральный собор св. Софии отвечал Иерусалимскому Храму, а императорский дворец – дворцу Соломона; даже ипподром соответствовал иерусалимскому театру времен Христа.
и богохранимы в граде Киеве». «Богосказать, и богохранимый, и богоукрашенный, и боголюбимый» град». Итак, только после того, как стараниями Ярослава Мудрого статус Киева был должным образом возвышен, идеологически можно говорить о самой идее столицы средневековой Руси. Столичность Киева - воссоздание константинопольской модели, заимствование из византийского идейного арсенала (термин «столица» в древнерусском языке не зафиксирован). Характерно замеченное А.В.Назаренко в службе на освящение церкви св. Георгия в Киеве (середина XI в.) Наименование Киева митрополитом Илларионом «первопрестольным матери градом». Словосочетание «иметь градам», «являясь калькой из греческого иптролоМмо, одного из спросов Константинополя, указывает на значение для столичного статуса Киева цареградской парадигмью. то вьтражение встречается в источниках неоднократно, ... но наиболее показательно его упоминание в службе на освящение церкви святого Георгия в Киеве (середина XI в.): «..от первопрестольного матери градом, Богом спасительного Киева». Здесь Киев назван еще и «первопрестольным» - калькированная с греческого терминология усугубляется специфически церковным определением, употреблявшимся по отношению к первенствующим кафедрам». Стольным градом, то есть столицей, называет Киев также другой святитель Руси – печерский игумен Феодосий. Когда в 1073 г. на Киевский престол взошел Святослав Ярославич, выгнав из Киева своего старшего брата Изяслава, он решительно выступил в защиту последнего. «Ибо две братами брани сотворить на единого старшего их брата, христолюбца князя Изяслава, и таких прогнаний бьет от града столного Киева. И онем пришедшим в город, посылают же за блаженным отцом нашим Феодосием, потому что придут к ним на обед и причастятся неправедным том свете. Тот же был исполнен святого духа преподобней, и еже понимал еже неправедно сущее изгнание иже о христолюбце, и глаголеть посланному, Который не имам» идти на трапезу Иезавелину и причаститься брашна того, исполнь сущая крови и убийства, рекь, как возвестив вся сы пославшим тебя». Феодосий в своих частных посланиях и публичных обращениях к Святославу продолжал обвинять последнего в том, что тот «не по закону седшая на столе том» и требовал вернуть Изяслава «на потолок, иже ему благоверный отец твой предаст»?, Таким образом, само понятие «столица»/стольный град в политико-идеологических представлениях Киевской Руси приобретает более или менее выразительные черты только в середине - второй половине XI в. Ладога и Новгород были локальными ячейками властвования на древнерусском Севере и в силу разных обстоятельств не приобрели статус общегосударственной столицы всей Руси.
(к вопросу о появлении столицы в средневековой Руси)
В современной схеме русской истории большое значение придается вопросу о появлении первой столицы Руси. Принято считать, что ею была Ладога, 1250-летие основания которой было отмечено в 2008 г. как государственный юбилей Российской Федерации. Отсюда, мол, и стартовала российская история, позже переместившаяся в Новгород, а уже оттуда – в Киев. Оставляя в стороне вопрос об истоках идеи перетекания истории Руси/России с Севера на Юг и снова на Север и его содержательное наполнение в модерной русской историографии, предлагаю задуматься над тем, не заблудилась ли столица Руси и вообще существовало ли само понятие «столица» в догосударственный период восточнославянской истории? Сообщая об организации военного похода с Новгородского Севера князем Олегом и захвате им Киева, «Повесть временных лет» под 882 г. среди прочего извещает: «..в лето 6390. Поиде Олегь, к Смоленску с кривичи, и прия град, и посади мужи свой. И придёт к горам киевьским ... И сяде Олег- княже в Киеве, и говорит Олегь: «Се буди мати градомь русьским». Это летописное сообщение в научной литературе истолковывается обычно как объединение ранее разделенной на новгородскую и киевскую «половины» Руси в одно государственное тело с центром в Киеве.
При этом, вложенные летописцем в уста князя-язычника Олега давно уже ставшие хрестоматийными слова «Се буди мати градом русьским», трактуются буквально, как провозглашение новгородским узурпатором Киева общерусской столицей. К примеру, Д.С.Лихачев обосновывал, что «слова Олега имеют совсем четкий смысл: Олег объявляет Киев столицей Руси (ср. Аналогичный термин в греческом - μητρόπολις мать городов, метрополия, столица). Именно с этим объявлением Киева столицей Русского государства и связана последующая фраза: «и оттоле, т.е. с момента обьявления Киева столицей Руси| прозвашася Русью». Такого же мнения придерживается и современный украинский исследователь Я.Р. Дашкевич: «Сфальсифицирована вроде бы древняя идея о «Киев - мать городов руських»... не было ни одной идеологической нагрузки в этом высказывании ни во временах Олега, ни в часах написания летописи. Словосочетание «мать городов» — обычная калька с греческого языка, перевод слова «метрополис» (в значении «столица»). Эту кальку перестали употреблять в 15 в.». Между тем, это словосочетание есть древнего, книжного по своему содержанию происхождения и несет в себе действительно мощную идеологическую нагрузку. Текстологические параллели этому летописному фразеологизму, помеченные учеными в книгах Священного Писания (Гал. 4: 26 памятниках, свидетельствующих о том, что знаменитыми приписываемыми язычнику Олегу словами Киев явно отождествляется с Новым Иерусалимом в стороне развития средневековой библейской экзегезы, христианской теологии и эстетики, где иерусалимской идее отводилось почетное место. Ориентация древнерусских книжников на библейскую традицию была неотделимо связана с рецепцией византийской политической культуры с ее православным осознанием исторического процесса. сообщества. Основанная Константином Великим 324 г. на европейском берегу Босфора (на месте древнегреческого Византия) столица Византийской империи (освященная 11 мая 330 г.) была известна в тогдашнем мире как «Новый Рим».
Из многих эпитетов на его определение в славянской письменной традиции укоренилось название «Царгород», закрепленный соответствующими канонами Халкедонского и Константинопольского церковных соборов. В этой политической символике подчеркивалась имперская сущность Константинополя как столицы новой . Его же экклезиологическое, духовно-религиозное первенство отразилось в наименовании «Новым Иерусалимом».
Представления о столице Византийской империи как наследнице Иерусалима основывались на основополагающей для ромейской идеологии концепции богоизбранности Византии – Нового Израиля. Бог пренебрег евреями и взамен призвал к себе греков. Он даровал им священство и царство, а также пророчество – Новый Завет, написанный на греческом языке. Эта идея отчетливо прослеживается, например, в послании византийского патриарха Фотия армянскому католикосу Захарии (862-876 гг.), в котором, в частности, утверждается, что построен «вторым Давидом», то есть св. Константином, Царьград или Константинополь является «вторым Иерусалимом», городом, в котором сбылось пророчество о непоколебимости Божьего Града: «Бог среди него, да не шатается» (Пс. 45, 6). Вторым Иерусалимом называет Константинополь и византийский патриарх Фотий в своих ламентациях по поводу осады города «варварами с севера» в 860 г. Иерусалимский топос был определяющим для архитектоники городского пространства византийской столицы. Строитель христианского мегаполиса Константин Великий стремился превзойти Рим величием новой столицы. Как свидетельствуют материалы специальных исследований, урбанистическим идеалом для него был Иерусалим. Так, кафедральный собор св. Софии отвечал Иерусалимскому Храму, а императорский дворец – дворцу Соломона; даже ипподром соответствовал иерусалимскому театру времен Христа.
Имитация «ромейской» парадигмы translatio Hierolusalymi была присуща и другим православным народам, находившимся в орбите византийского культурного влияния. Так, в средневековой Болгарии на роль «Нового Иерусалима» претендовали Тырново и Преслав. А в Центрально-Западной Европе – Прага, Дахен и ряд других городов. На Руси первым попал сконстатировать подобные претензии Киева из-за уподобления Царьграду и его сакральному первообразу сподвижник Ярослава Мудрого, первый русский по происхождению киевский митрополит – Илларион. Сравнивая крестителя Руси с первым христианским владыкой Ромейской империи - Константином, он подчеркивал то, что подобно последнему, который,«сь материю своею Еленою крест от Іерусалима принесьша по всему миру своему раславьша, раславеша веру оутвердиста, ты же (Володимире) сь бабою твоею Ольгою принесша крест от новаого Іерусалима - Константинаграда»"?.
По моему мнению, нет веских оснований видеть в приведенных выше Илларионовых словах каких-то скрытых проявлений антииудейской полемики, или антигреческие тенденции, в частности, унижение значения Царьграда и науки. Константинополь и его субститут Иерусалим символизируют для Иллариона истоки и оплот христианской веры, откуда духовная традиция транслируется, пусть и через посредство Константинополя, в Киев, через что и последний теперь приобретает ореол нового Святого Города. Вслед за Илларионом чуть позже эту идею предельно ясно сформулирует Иаков Монах в своей «Памяти и похвале князю Владимиру» вот этими лапидарными, но чрезвычайно выразительными словами: «Но чюдо! Как 2-й Иерусалим на земле явись Киев»». Уподобление Киева «священному граду» Иерусалима прослеживается во многих памятниках письменности и культуры украинского средневековья. сказали, урбанистический проект - переустройство городского пространства главной ячейки Руси. благовещение, семь святого Георгия монастырь и святая Йриньж»?. Киевские здания, построенные при Ярославе, находят прозрачные аналогии в архитектуре и сакральной семантике городского пространства Константинополя. Они прослеживаются не только в созвучности названий храмов и главных врат, но и оказываются, как свидетельствуют материалы специальных исследований, в художественно-композиционных приемах их решения». Архитектурное пространство насыщено большим количеством глубоких коннотаций, конкретных предметов и абстракций. Воспитанные языком христианской литургии, они переносились в пласт зрительных представлений, образуя зримый образ Святого Города – «Второго Иерусалима»». Ярослав не просто расширил городскую застройку – он фактически построил новый Город. Значимость такого преобразования, или, скорее, перевоплощение городского пространства отражают следующие слова митрополита Иллариона: «Выжь же и град величием сияющ, выжь церкви цветущи, выжь хрстианство растущее, выжь град иконами святых освящайся и блистает. исполненным величия, царственного достоинства и озаренным светом Господнего благословения градом. это событие произошло «в великом
По моему мнению, нет веских оснований видеть в приведенных выше Илларионовых словах каких-то скрытых проявлений антииудейской полемики, или антигреческие тенденции, в частности, унижение значения Царьграда и науки. Константинополь и его субститут Иерусалим символизируют для Иллариона истоки и оплот христианской веры, откуда духовная традиция транслируется, пусть и через посредство Константинополя, в Киев, через что и последний теперь приобретает ореол нового Святого Города. Вслед за Илларионом чуть позже эту идею предельно ясно сформулирует Иаков Монах в своей «Памяти и похвале князю Владимиру» вот этими лапидарными, но чрезвычайно выразительными словами: «Но чюдо! Как 2-й Иерусалим на земле явись Киев»». Уподобление Киева «священному граду» Иерусалима прослеживается во многих памятниках письменности и культуры украинского средневековья. сказали, урбанистический проект - переустройство городского пространства главной ячейки Руси. благовещение, семь святого Георгия монастырь и святая Йриньж»?. Киевские здания, построенные при Ярославе, находят прозрачные аналогии в архитектуре и сакральной семантике городского пространства Константинополя. Они прослеживаются не только в созвучности названий храмов и главных врат, но и оказываются, как свидетельствуют материалы специальных исследований, в художественно-композиционных приемах их решения». Архитектурное пространство насыщено большим количеством глубоких коннотаций, конкретных предметов и абстракций. Воспитанные языком христианской литургии, они переносились в пласт зрительных представлений, образуя зримый образ Святого Города – «Второго Иерусалима»». Ярослав не просто расширил городскую застройку – он фактически построил новый Город. Значимость такого преобразования, или, скорее, перевоплощение городского пространства отражают следующие слова митрополита Иллариона: «Выжь же и град величием сияющ, выжь церкви цветущи, выжь хрстианство растущее, выжь град иконами святых освящайся и блистает. исполненным величия, царственного достоинства и озаренным светом Господнего благословения градом. это событие произошло «в великом
и богохранимы в граде Киеве». «Богосказать, и богохранимый, и богоукрашенный, и боголюбимый» град». Итак, только после того, как стараниями Ярослава Мудрого статус Киева был должным образом возвышен, идеологически можно говорить о самой идее столицы средневековой Руси. Столичность Киева - воссоздание константинопольской модели, заимствование из византийского идейного арсенала (термин «столица» в древнерусском языке не зафиксирован). Характерно замеченное А.В.Назаренко в службе на освящение церкви св. Георгия в Киеве (середина XI в.) Наименование Киева митрополитом Илларионом «первопрестольным матери градом». Словосочетание «иметь градам», «являясь калькой из греческого иптролоМмо, одного из спросов Константинополя, указывает на значение для столичного статуса Киева цареградской парадигмью. то вьтражение встречается в источниках неоднократно, ... но наиболее показательно его упоминание в службе на освящение церкви святого Георгия в Киеве (середина XI в.): «..от первопрестольного матери градом, Богом спасительного Киева». Здесь Киев назван еще и «первопрестольным» - калькированная с греческого терминология усугубляется специфически церковным определением, употреблявшимся по отношению к первенствующим кафедрам». Стольным градом, то есть столицей, называет Киев также другой святитель Руси – печерский игумен Феодосий. Когда в 1073 г. на Киевский престол взошел Святослав Ярославич, выгнав из Киева своего старшего брата Изяслава, он решительно выступил в защиту последнего. «Ибо две братами брани сотворить на единого старшего их брата, христолюбца князя Изяслава, и таких прогнаний бьет от града столного Киева. И онем пришедшим в город, посылают же за блаженным отцом нашим Феодосием, потому что придут к ним на обед и причастятся неправедным том свете. Тот же был исполнен святого духа преподобней, и еже понимал еже неправедно сущее изгнание иже о христолюбце, и глаголеть посланному, Который не имам» идти на трапезу Иезавелину и причаститься брашна того, исполнь сущая крови и убийства, рекь, как возвестив вся сы пославшим тебя». Феодосий в своих частных посланиях и публичных обращениях к Святославу продолжал обвинять последнего в том, что тот «не по закону седшая на столе том» и требовал вернуть Изяслава «на потолок, иже ему благоверный отец твой предаст»?, Таким образом, само понятие «столица»/стольный град в политико-идеологических представлениях Киевской Руси приобретает более или менее выразительные черты только в середине - второй половине XI в. Ладога и Новгород были локальными ячейками властвования на древнерусском Севере и в силу разных обстоятельств не приобрели статус общегосударственной столицы всей Руси.
- Повесть временньжх лет / Под. ред. В.П.Адриановой-Перетц. 3-е изд. - Санкт-Петербург, 2007 - С.14.
- Див.: Греков БД. Киевская Русь. - Ленинград, 1953. - С.453.
- Лихачёв Д.С. Комментарии // Повесть временньх лет. - С.409.
- " Дашкевич Я. Київ в ідеології України ХІІ -ХУПІ ст. // Матеріали засідань історичної та археографічної комісій НТШ у Львові (лютий 1992 р. - жовтень 1993 р.). - Л., 1994. - С.Т.
- 9 Данилевский И.Н. Мог ли Киев бьть Новьім Йерусалимом? // Одиссей: Человек в истории. 1998. - Москва, 1999. - С.189-140.
- Молдован А.М. «Слово о законе и благодати» Йллариона. - К., 1984. - С.97.
- Зимин А.А. Память и похвала Йакова Мниха и Житие князя Владимира по древнейшему списку // Краткие сообщения Йнститута славяноведения АН СССР. - Москва, 1963. - Вьш.37.- С.ТА.
- 9 Повесть временньх лет. - С.66.
- Раппопорт П.А. О роли византийского влияния в развитий древнерусской архитектурьг // Византийский временник, 1984. - Т.45. - С.185-191.
- Ричка В.М. «Київ - Другий Єрусалим» (з історії політичної думки та ідеології середньовічної Русі). - К., 2005. - 2434 с.
- з «Слово о законе и благодати» Илариона / Изд. А.М.Молдаван. - К., 1984. - С.98.
- Молдован А.М. «Слово о законе и благодати» Йллариона. - К., 1984. - С.4.
- Зимин А.А. Память и похвала Йакова Мниха и Житие князя Владимира по древнейшему списку // Краткие сообщения Йнститута славяноведения АН СССР. - Москва, 1963. - Вьш.37.- С.ТА.
- Повесть временньх лет. - С.66.
- Раппопорт П.А. О роли византийского влияния в развитий древнерусской архитектурьг // Византийский временник, 1984. - Т.45. - С.185-191.
- Ричка В.М. «Київ - Другий Єрусалим» (з історії політичної думки та ідеології середньовічної Русі). - К., 2005. - 2434 с.
- М Истрин В.М. Книгы временныя и образныя Георгия Мниха. Хроника Георгия Амартола в древнем славянорусском переводе. Текст, исследование и словарь. Т.А: Текст. - Петроград, 1920. - С.457.
- Назаренко А.В. Бьіла ли столица в Древней Руси? Некоторьге сравнительно-исторические и терминологические наблюдения // Столичньз»е и периферийнье города Руси и России в средние века и раннее Новое время (ХІ- ХУПІ вв.): Тезисьт докладов научной конференции (Москва, 3-5 декабря 1996 г.). - Москва, 1996. - С.70-71.
- Києво-Печерський патерик (репринтне видання). - К., 1991. - С.66, 69.
В.М.Ричка (Інститут історії України НАН України, Київ, Україна)
