![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
istindзакрепившись на императорском престоле, Екатерина II впоследствии глубоко заинтересовалась историей своего государства. Естественно, это не вымышленно. Очевидно, что то, что она узнала, очень её впечатлило, и ей это не понравилось. В конце концов, если бы всё подходило императрице того исторического прошлого, она бы никогда не посвятила столько лет своей жизни «созданию русской истории» с 1783 по 1792 год. Именно 4 декабря 1783 года Екатерина II издала указ, которым создала «Комиссию по составлению заметок по древней истории, главным образом по России» под руководством и надзором графа А.. Шувалова» [Ключевский В. О. Исторические портреты., с. 564].
Возможно, мы никогда не узнали об этом титаническом произведении Екатерины II и её «Заказе». Но так получилось, что следы этой активности остались. Статс-секретарь Екатерины II О. В. Храповицкий оставил свои дневники, в которых описывал деятельность императрицы. И хотя эти дневники, опубликованные в 1862 году, подвергались жесткой цензуре, они всё равно многое рассказывали.
Прежде чем перейти к анализу дневников государственного секретаря императрицы, я хочу кратко представить сам указ Екатерины II. Вместо этого — утверждение указа: «Назначать... до 10 человек, которые совместными усилиями составляли полезные заметки по древней истории, главным образом связанной с Россией, делая краткие выдержки из древнерусских летописей и иностранных авторов по известным (Екатерина II.)... Своего рода план. Эти учёные составляют «коллекцию», но их отбирает Шуваловы... и представляет императрицу. Среди членов этого собрания должно быть три или четыре человека, не обременённые другими должностями и достаточно свободные для выполнения возложенной им работы, получающие особое вознаграждение за эту работу. Община будет находиться под высшим покровительством. Старший над ним... дарит императрице произведения коллекций, которые, с её разрешения, печатаются в бесплатной типографии» [там же, стр. 564-568].
Таким образом были написаны так называемые всероссийские летописи, которые в наше время выдаются за древние шедевры.
Что побудило русскую политическую элиту второй половины XVIII — начала XIX века осуществить эту грязную фальсификацию?
Мотив был чрезвычайно серьёзен. Известно: в начале XVIII века не существовало письменного изложения целостной истории Московского государства. А после того, как Пётр I с 1721 года приказал назвать Московское царство Российской империей, возникла дополнительная задача: подтвердить наследование названия «русский» от древнего Киевского княжества.
Пётр I неоднократно подавал апелляцию к настоящему Русичу, то есть украинцам, окончившим Киево-Могилянскую академию, и попросил их написать историю, ныне Российской империи. в те времена в Московии была повсеместная неграмотность. Человек, умеющий читать, был понижен до уровня почти учёного.
когда Пётр I хотел назначить украинскую Русь патриархом Московским, к нему пришли несколько знатных московских людей и епископов, умоляя не делать этого. Одной из главных причин было: «Не позори нас, государь. Малороссы — это писцы. Даже женщины читают в них.» Такая глубина отсталости была в Москве в начале XVIII века.
Сегодня москвичи не любят эти истины. Однако нельзя выбросить слова из песни.
Пётр I не смог выполнить своё намерение и написать полную историю своего государства. А после него, до Екатерины II, никто не занимался этим вопросом. Следует отметить, что Пётр I сделал две исключительно полезные вещи для написания истории Московского государства.
Во-первых, в 1720 году он издал указ о вывозе всех древних первоисточников и архивов из Украины и их передаче в Москву и Санкт-Петербург. Таким образом, он отрезал от украинского народа его древность, его письменную историю. Царь украл прошлое Украины.
Во-вторых, именно он пригласил в свою империю немецкого историка Герарда Фридриха Миллера, который появлялся в ней в 1725 году. Это Мельник, который сделал больше всех для формирования идеологической основы московской исторической науки, Мельник, который путешествовал по Сибири в 1733–1743 годах и захватил все древние архивы и редкости Золотой Орды. Именно Г. Ф. Миллер завещал Московии идею, что «... чтобы предупредить наших сограждан не читать иностранные книги, написанные о России.» Это мнение было законом российского государства почти двести лет — до распада империи.
Миллер в своё время неоднократно обращался к императрице Елизавете Петровне с предложением «писать российскую историю с помощью специального государственного органа», но императрица не понимала сложной мысли академика. И только Екатерина II оценила и реализовала блестящее предложение Миллера.
Эта дама не сразу приняла предложение Миллера. Сначала она занималась изучением московской древности и доступных письменных источников. И чем глубже императрица погружалась в изучение исторического прошлого своего государства, тем сильнее её охватывал обычный человеческий ужас. Она увидела, что Александр, так называемый Невский, совсем не «выглядел» как святой. Ещё более страшная истина сопровождала так называемого Дмитрия Донского. А начало Московского государства, с большими протяжениями, можно отнести только к 1505 году. В конце концов, до того года московские князья были обычными подданными Орды, потому что даже дед Ивана Грозного, Иван III, «лизывал кобылье молоко с грив татарских лошадей». Даже Иван IV (Грозный) был обычным вассалом крымских ханов и по их просьбе отказался от титула царя Московского, передав титул настоящему Чингису — татару и так далее.
Будучи образованным человеком, Екатерина II понимала, что европейские историки поздних времён будут высмеивать московское заблуждение о происхождении Московии от Киевского княжества. Потому что это утверждение основано на обычном московском желании и на ложной династической линии семьи. В те времена Екатерины, например, Европа много лет, например, высмеивала столь английское вторжение во Францию. Во Франции даже выбрали cАнекдоты.
Историк вполне справедливо писал: «Хотя московские монархи называют себя великим князем или царём всея Руси, их право на этот титул было таким же, как и право их современников — английских королей, согласно которым они приписывали себе герб и корону Франции своей родине» [Валишевский К. Иван Грозный., с. 10].
Обратите внимание, что историк произносит эти слова через 100 лет после «упражнений Екатерины по российской истории». Как видно, титаническая работа Екатерины II и «Комиссия по составлению заметок по древней истории, главным образом по России» не способствовали.
Давайте посмотрим, чем занималась Екатерина II с 1783 по 1792 год вместе со своей знаменитой «комиссией».
Хотя О. В. Храповицкий начал вести дневник 18 января 1782 года, первые записи были почти полностью удалены из книги, опубликованной в 1862 году. Трудно даже представить, о чём автор писал в своём дневнике, потому что он был «очищен» цензурой до одного-двух предложений в день. И многие даты были «очищены» до основания, то есть ни слова не было сказано. Кроме того, следует помнить, что речь идёт о дневнике более чем надёжного человека, посвящённого Екатерине II и Российской империи. Но, как мы увидим позже, цензура также ошибалась во многих местах. Поэтому первая запись о работе «Комиссии» появляется в дневнике О. В. Храповицкого только 31 июля 1786 года:
«Я нашёл документы, написанные при жизни в Эрмитаже о древностях славян с поисками первобытного народа; есть записки (графа) Андрея Петровича Шувалова..." По-видимому, цензура по ошибке пропустила эту запись, потому что внизу страницы была сделана пометка, где написано, что речь идёт о фельдмаршале Шувалове. Но вопрос в том, что его звали Пётр Иванович. Фельдмаршал умер в 1762 году. И, естественно, он не мог писать записки императрице Екатерине II.
Можно прислать десятки заметок Храповицкого о том, как императрица «практиковала продолжение написания русской истории». Однако в первой книге мы уже говорили об этом, поэтому будем упоминать только те дневниковые записи, которые понадобятся в будущем.
Итак, 1 декабря 1789 года. «Мы занимались законодательством и историей. — «Теперь я не могу заниматься законами, но думаю, что могу заняться историей» [Храповицкий А. В. Памятные записки А. В. Храповицкого статс-секретаря Императрицы Екатерины Второй, с. 213].
«27 июля 1791 года... Я показал реку Сит в Ярославской губернии. Она впадает в Мологу, а Молога — в Волгу. Князь Владимир Юрьевич Рязанский из татар был убит на Сите. Считалось, что он переправился через Волгу гораздо ниже, чтобы атаковать татар; но река Сита показывает, что Владимир бежал в Тверь. Они не очень довольны этим открытием для составления Истории» [там же, с. 245].
«25 сентября 1791 года. Звонил, и какое-то время они читали мне историю России. «Здесь есть заметка о татарах и их силе во время вторжения в Россию; жизнь святого Александра Невского, без чудес» [там же, стр. 251].
Отличное свидетельство! Мы видим, что у Александра была другая жизнь, так называемый Невский. И Екатерина II вместе с О. В. Храповицким знала правду о той жизни. Однако нам говорили о «чудесах». Кстати, в своей работе «Размышления о проекте истории России XVIII века», написанном собственной рукой и сохранившейся в черновике оригинала (1785), Екатерина II ясно писала: «Святой Александр Невский (в 1237 году) только что родился тогда, ему было не больше 5-6 лет [Екатерина II. Размышления о проекте истории России XVIII в. , с. 133].
Императрица оставила великие и неоспоримые свидетельства!
Вернёмся к дневнику А. В. Храповицкого, мы приведём из него ещё два отрывка: «Я вошёл с почтой после Пушкинаа (речь идёт об А. И. Мусине-Пушкин). Говорили, что Елагин задавался вопросом, откуда берётся генеалогия древних князей России, и исправил многое в своей «Истории». А внизу есть заметка: «Здесь мы говорим о генеалогии великих князей, составленной императрицей» [Храповицкий А. В. Памятные записки А. В. Храповицкого статс-секретаря Императрицы Екатерины Второй, с. 286].
Теперь, очевидно, вы понимаете, от кого мы получили информацию обо всех великих князях, и Киеве, и Москве. Никто не должен сомневаться, кто является окончательным автором династического списка великих герцогов. Екатерина II не позволяла шутить на тему русской истории.
И последний отрывок из дневника О. В. Храповицкого:
«29 декабря 1791 года. Они вышли... (Екатерина II), занялась историей, но снова легла. Была прослава, после которой был призван только митрополит, он был спасён; они не выходили к другим [там же, с. 258].
На этом закончились «курсы русской истории» императрицы. Как же обрезан! И «прославление» было осуществлено не просто так. Екатерина II вместе с «Комиссией» начала начатое строительство. Они составили и написали историю Московии. И они не просто писали, а «связывали её воедино» с историей киевского государства. Это была главная задача.
Возможно, мы никогда не узнали об этом титаническом произведении Екатерины II и её «Заказе». Но так получилось, что следы этой активности остались. Статс-секретарь Екатерины II О. В. Храповицкий оставил свои дневники, в которых описывал деятельность императрицы. И хотя эти дневники, опубликованные в 1862 году, подвергались жесткой цензуре, они всё равно многое рассказывали.
Прежде чем перейти к анализу дневников государственного секретаря императрицы, я хочу кратко представить сам указ Екатерины II. Вместо этого — утверждение указа: «Назначать... до 10 человек, которые совместными усилиями составляли полезные заметки по древней истории, главным образом связанной с Россией, делая краткие выдержки из древнерусских летописей и иностранных авторов по известным (Екатерина II.)... Своего рода план. Эти учёные составляют «коллекцию», но их отбирает Шуваловы... и представляет императрицу. Среди членов этого собрания должно быть три или четыре человека, не обременённые другими должностями и достаточно свободные для выполнения возложенной им работы, получающие особое вознаграждение за эту работу. Община будет находиться под высшим покровительством. Старший над ним... дарит императрице произведения коллекций, которые, с её разрешения, печатаются в бесплатной типографии» [там же, стр. 564-568].
Таким образом были написаны так называемые всероссийские летописи, которые в наше время выдаются за древние шедевры.
Что побудило русскую политическую элиту второй половины XVIII — начала XIX века осуществить эту грязную фальсификацию?
Мотив был чрезвычайно серьёзен. Известно: в начале XVIII века не существовало письменного изложения целостной истории Московского государства. А после того, как Пётр I с 1721 года приказал назвать Московское царство Российской империей, возникла дополнительная задача: подтвердить наследование названия «русский» от древнего Киевского княжества.
Пётр I неоднократно подавал апелляцию к настоящему Русичу, то есть украинцам, окончившим Киево-Могилянскую академию, и попросил их написать историю, ныне Российской империи. в те времена в Московии была повсеместная неграмотность. Человек, умеющий читать, был понижен до уровня почти учёного.
когда Пётр I хотел назначить украинскую Русь патриархом Московским, к нему пришли несколько знатных московских людей и епископов, умоляя не делать этого. Одной из главных причин было: «Не позори нас, государь. Малороссы — это писцы. Даже женщины читают в них.» Такая глубина отсталости была в Москве в начале XVIII века.
Сегодня москвичи не любят эти истины. Однако нельзя выбросить слова из песни.
Пётр I не смог выполнить своё намерение и написать полную историю своего государства. А после него, до Екатерины II, никто не занимался этим вопросом. Следует отметить, что Пётр I сделал две исключительно полезные вещи для написания истории Московского государства.
Во-первых, в 1720 году он издал указ о вывозе всех древних первоисточников и архивов из Украины и их передаче в Москву и Санкт-Петербург. Таким образом, он отрезал от украинского народа его древность, его письменную историю. Царь украл прошлое Украины.
Во-вторых, именно он пригласил в свою империю немецкого историка Герарда Фридриха Миллера, который появлялся в ней в 1725 году. Это Мельник, который сделал больше всех для формирования идеологической основы московской исторической науки, Мельник, который путешествовал по Сибири в 1733–1743 годах и захватил все древние архивы и редкости Золотой Орды. Именно Г. Ф. Миллер завещал Московии идею, что «... чтобы предупредить наших сограждан не читать иностранные книги, написанные о России.» Это мнение было законом российского государства почти двести лет — до распада империи.
Миллер в своё время неоднократно обращался к императрице Елизавете Петровне с предложением «писать российскую историю с помощью специального государственного органа», но императрица не понимала сложной мысли академика. И только Екатерина II оценила и реализовала блестящее предложение Миллера.
Эта дама не сразу приняла предложение Миллера. Сначала она занималась изучением московской древности и доступных письменных источников. И чем глубже императрица погружалась в изучение исторического прошлого своего государства, тем сильнее её охватывал обычный человеческий ужас. Она увидела, что Александр, так называемый Невский, совсем не «выглядел» как святой. Ещё более страшная истина сопровождала так называемого Дмитрия Донского. А начало Московского государства, с большими протяжениями, можно отнести только к 1505 году. В конце концов, до того года московские князья были обычными подданными Орды, потому что даже дед Ивана Грозного, Иван III, «лизывал кобылье молоко с грив татарских лошадей». Даже Иван IV (Грозный) был обычным вассалом крымских ханов и по их просьбе отказался от титула царя Московского, передав титул настоящему Чингису — татару и так далее.
Будучи образованным человеком, Екатерина II понимала, что европейские историки поздних времён будут высмеивать московское заблуждение о происхождении Московии от Киевского княжества. Потому что это утверждение основано на обычном московском желании и на ложной династической линии семьи. В те времена Екатерины, например, Европа много лет, например, высмеивала столь английское вторжение во Францию. Во Франции даже выбрали cАнекдоты.
Историк вполне справедливо писал: «Хотя московские монархи называют себя великим князем или царём всея Руси, их право на этот титул было таким же, как и право их современников — английских королей, согласно которым они приписывали себе герб и корону Франции своей родине» [Валишевский К. Иван Грозный., с. 10].
Обратите внимание, что историк произносит эти слова через 100 лет после «упражнений Екатерины по российской истории». Как видно, титаническая работа Екатерины II и «Комиссия по составлению заметок по древней истории, главным образом по России» не способствовали.
Давайте посмотрим, чем занималась Екатерина II с 1783 по 1792 год вместе со своей знаменитой «комиссией».
Хотя О. В. Храповицкий начал вести дневник 18 января 1782 года, первые записи были почти полностью удалены из книги, опубликованной в 1862 году. Трудно даже представить, о чём автор писал в своём дневнике, потому что он был «очищен» цензурой до одного-двух предложений в день. И многие даты были «очищены» до основания, то есть ни слова не было сказано. Кроме того, следует помнить, что речь идёт о дневнике более чем надёжного человека, посвящённого Екатерине II и Российской империи. Но, как мы увидим позже, цензура также ошибалась во многих местах. Поэтому первая запись о работе «Комиссии» появляется в дневнике О. В. Храповицкого только 31 июля 1786 года:
«Я нашёл документы, написанные при жизни в Эрмитаже о древностях славян с поисками первобытного народа; есть записки (графа) Андрея Петровича Шувалова..." По-видимому, цензура по ошибке пропустила эту запись, потому что внизу страницы была сделана пометка, где написано, что речь идёт о фельдмаршале Шувалове. Но вопрос в том, что его звали Пётр Иванович. Фельдмаршал умер в 1762 году. И, естественно, он не мог писать записки императрице Екатерине II.
Можно прислать десятки заметок Храповицкого о том, как императрица «практиковала продолжение написания русской истории». Однако в первой книге мы уже говорили об этом, поэтому будем упоминать только те дневниковые записи, которые понадобятся в будущем.
Итак, 1 декабря 1789 года. «Мы занимались законодательством и историей. — «Теперь я не могу заниматься законами, но думаю, что могу заняться историей» [Храповицкий А. В. Памятные записки А. В. Храповицкого статс-секретаря Императрицы Екатерины Второй, с. 213].
«27 июля 1791 года... Я показал реку Сит в Ярославской губернии. Она впадает в Мологу, а Молога — в Волгу. Князь Владимир Юрьевич Рязанский из татар был убит на Сите. Считалось, что он переправился через Волгу гораздо ниже, чтобы атаковать татар; но река Сита показывает, что Владимир бежал в Тверь. Они не очень довольны этим открытием для составления Истории» [там же, с. 245].
«25 сентября 1791 года. Звонил, и какое-то время они читали мне историю России. «Здесь есть заметка о татарах и их силе во время вторжения в Россию; жизнь святого Александра Невского, без чудес» [там же, стр. 251].
Отличное свидетельство! Мы видим, что у Александра была другая жизнь, так называемый Невский. И Екатерина II вместе с О. В. Храповицким знала правду о той жизни. Однако нам говорили о «чудесах». Кстати, в своей работе «Размышления о проекте истории России XVIII века», написанном собственной рукой и сохранившейся в черновике оригинала (1785), Екатерина II ясно писала: «Святой Александр Невский (в 1237 году) только что родился тогда, ему было не больше 5-6 лет [Екатерина II. Размышления о проекте истории России XVIII в. , с. 133].
Императрица оставила великие и неоспоримые свидетельства!
Вернёмся к дневнику А. В. Храповицкого, мы приведём из него ещё два отрывка: «Я вошёл с почтой после Пушкинаа (речь идёт об А. И. Мусине-Пушкин). Говорили, что Елагин задавался вопросом, откуда берётся генеалогия древних князей России, и исправил многое в своей «Истории». А внизу есть заметка: «Здесь мы говорим о генеалогии великих князей, составленной императрицей» [Храповицкий А. В. Памятные записки А. В. Храповицкого статс-секретаря Императрицы Екатерины Второй, с. 286].
Теперь, очевидно, вы понимаете, от кого мы получили информацию обо всех великих князях, и Киеве, и Москве. Никто не должен сомневаться, кто является окончательным автором династического списка великих герцогов. Екатерина II не позволяла шутить на тему русской истории.
И последний отрывок из дневника О. В. Храповицкого:
«29 декабря 1791 года. Они вышли... (Екатерина II), занялась историей, но снова легла. Была прослава, после которой был призван только митрополит, он был спасён; они не выходили к другим [там же, с. 258].
На этом закончились «курсы русской истории» императрицы. Как же обрезан! И «прославление» было осуществлено не просто так. Екатерина II вместе с «Комиссией» начала начатое строительство. Они составили и написали историю Московии. И они не просто писали, а «связывали её воедино» с историей киевского государства. Это была главная задача.
