![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
istindрассмотрим вопрос о монетах, найденных археологом О. С. Уваровым во время курганов на Мерянской земле. Наличие множества старинных монет свидетельствует как минимум о двух несомненных факторах: первый – это то, что уже в те давние времена меряне имели связь с внешним миром и торговали как с соседями, так и с купцами, приезжавшими из дальних стран. Вполне понятно: основным товаром торговли мерян были меха и шкуры диких животных. В те дни леса кишели животными.
Еще одним несомненным фактором являются свидетельства проживания Мери на земле своих предков в течение длительного исторического периода. Наличие, скажем, арабских монет IX-X веков или немецких монет XI-XII веков свидетельствует о том, что мерийцы жили на своей мерянской земле в то время. В то же время наличие европейских и азиатских монет подтверждает мнение о том, что мерийцы вели торговлю как с азиатскими, так и с европейскими странами и народами.
Торговля с Востоком и Западом имела определенные нюансы. В первую очередь, о времени. По свидетельству арабских путешественников X века, мерянцы в те времена торговали в основном через Волжскую Булгарию, мощное, развитое государство, используя ее в качестве посредника, потому что: «Никто не путешествует для торговли дальше Булгара (столицы страны)., потому что туземцы убивают чужеземцев». Следует полагать, что в этих вопросах меряне не делали исключений для представителей западных народов.
Посмотрите, как на первый взгляд ничтожный факт перечеркнул московскую ложь, якобы новгородские и киевские князья чуть не ушли в свой дом в X веке в так называемую Ростово-Суздальскую землю. Обыкновенная московская фантастика. Пожелали для себя, как всегда, исключения из правил.
Очевидно, что в IX-X веках торговля между Мери и Западом была ограничена, потому что ближайшими культурными центрами были Новгород и поселения на Балтийском море, во многих сотнях километров от «Мерского стана», а прямого водного сообщения по «главной Мерийской дороге — Волге» не было. В результате в VIII-X веках мерийцы имели в основном связь с Востоком, то есть с Волжской Булгарией. Об этой жестокой правде свидетельствовали и монеты, найденные в курганах Мерян. Среди более чем 300 монет XII веков более 180 имеют азиатское происхождение, они относятся к VIII-X векам. Неужели факты неумолимы? В то время в обращении было очень мало европейских монет.
Какие бы басни ни предлагали так называемые русские «летописи», факты говорят о том, что в VIII-X веках городские головы Ростово-Суздальской земли практически не имели связей с Новгородом, Киевом и странами Балтии. Эта истина подтверждается источниками, которые содержались в мерийских курганах. Кстати, хочу напомнить: археолог О. С. Уваров и профессор Д. О. Корсаков своими трудами свидетельствовали об очень интересной истине: именно в IX-X веках мерийцы продолжали осваивать свои западные и северные земли. Послушаем:
"По Шексне колонизационное движение (Мери) проникло в Белоозеро и распространилось от него дальше в Двинскую землю."
А не наоборот, как «проповедуют» великороссийские «баснописцы истории». Зная, как были «найдены» екатерининские «летописи» и какую цель они преследовали, мы им не доверяем.
Ярым защитникам «московских славян» неоднократно предлагалось провести независимые химические, биологические, бактериологические и тому подобные экспертизы бумаги, чернил и почерка древнейших «летописных сводов», хранящихся на Русибиблиотеки, и убедиться, к какому времени они принадлежат. Ведь даже серьезные российские ученые не сомневаются, что мы имеем дело с книгами XVIII века. Екатерининские времена!
Вот что писал о них О. С. Уваров:
«Превосходство восточных монет над западными свидетельствует о том, что мерийская торговля с Востоком была более оживленной, чем с Западом; в то же время тот факт, что до XI в. отчеканено так много восточных монет, свидетельствует о том, что эти торговые сношения с Востоком начались гораздо раньше, чем торговля с Западной Европой" [Уваров А. С. Меряне и их быт по курганным раскопкам., с. 75].
"Первые западные монеты (из Германии) относятся к X веку, а первые англосаксонские монеты - к концу X - началу XI века" [там же, с. 75-119].
Археолог А. С. Уваров допустил сознательную ошибку, сравнив год выпуска монеты в чужой, далекой стране с годом ее появления на Мерской земле. Скорее всего, монеты появились у мерийцев через несколько десятилетий после их чеканки. Думаю, в этом нет никаких сомнений. В своей книге граф А. С. Уваров намеренно «сдвинул время». Что вполне объяснимо. Ведь он спешил как можно скорее «славизировать» мерян.
Обращаю ваше внимание на еще одну интересную истину, о которой умалчивают российские историки. Вон, даже так называемые «летописные сводки» выдают интересный факт: ни в одном из них с 913 по 988 год не упоминается так называемая Ростово-Суздальская земля. Кажется, что его вообще не существовало. Выше мы привели слова профессора Д. О. Корсакова по этому поводу. Этот факт, наряду с тем, что европейских монет IX — большей части X века на Мерийской земле не было, свидетельствовал об отсутствии связей между мерами и славянскими киевскими, новгородскими и другими европейскими народами. Это не должно удивлять. Великорусские «авторы летописей» не ожидали, что когда-нибудь кому-то позволят разрушить их лживую «теорию».
В данном разделе мы не будем углубляться в дебри русских «летописей», чтобы подтвердить исследования профессора О. О. Шахматова, из которых следует, что ранее, вплоть до 913 года, ни один из киевских князей не появлялся в так называемой Ростово-Суздальской земле, или, скорее, в земле моксельского народа. Это были элементарные выдумки авторов «истории, в основном России».
Послушаем еще раз графа О. С. Уварова. На этот раз его размышления о Византии и византийских монетах:
«... В целом следует отметить, что, судя по небольшому количеству найденных византийских монет и относительно небольшому количеству византийских предметов, меряне не имели прямых торговых отношений с Грецией. Сначала посредниками для мерян в приобретении византийских товаров служили булгары, а затем, предположительно, норманны Новой ЗеландииГорожане взяли эту монополию в свои руки» [там же, с. 88].
В мерянских курганах и кладах были найдены только три византийские монеты: одна возле села В. Брембала и две возле села Васильки. Монеты относились ко второй половине X века.
Археолог О. С. Уваров справедливо свидетельствует, что судя по небольшому количеству монет, а главное, по отсутствию в курганах вещей, украшений и других предметов византийского производства, меряне не имели прямых торговых контактов с Византией. Это тем более удивительно, что в то время великие киевские князья считали Константинополь чуть ли не своим «домом». Думаю, никто не забыл: от Олега до княгини Ольги и князя Владимира связь с Византией поддерживалась более чем регулярно. Как видим, мерянцы не имели никакого отношения к этой киевской фамильной связи.
Таков парадокс Ростово-Суздальской земли! Хотя «великороссы» уже более 200 лет поют совсем другие песни. И даже не заглядывают в исследования археолога О. С. Уварова.
Однако это только цветочки. Оказалось, что, раскопав 7729 курганов, а позже дополнительно изучив еще несколько тысяч раскопок, также проведенных в Мерянской земле археологами К. М. Тихонравовым, А.. Богдановым, М. О. Ушаковым, Л. М. Сабанеевым и другими, граф О. С. Уваров не нашел ни одной киевской монеты. Но если А. С. Уваров высказал вполне определенное мнение о византийских монетах и о связях посадника с Византией, тогда граф даже не упомянул о связях Мерянской земли с Киевским государством в IX-XIII веках. Точнее будет сказать: «пели старинные песни», полностью игнорируя вопрос нехватки киевских монет. Вполне понятно, что он делал это вполне осознанно. Как и десятки других российских археологов того времени. Кстати, нужно понимать, что лютая российская цензура, как царская, так и большевистская, никогда не позволила бы вам говорить на такую тему. Поэтому довольно сложно сказать, было ли молчание сознательным или вынужденным. И это не имеет решающего значения. Можно с уверенностью сказать: ученый такого уровня, как А. С. Уваров, конечно же, не мог не заметить такое явление и не сделать соответствующих выводов. Как и то, что граф О. С. Уваров не произнес ни одного слова по этому поводу.
Так, в Мерянской земле (будущей Московии) в курганах как первого (IX-XII вв.), так и второго (XII-XVI вв.) периодов во время раскопок XIX в. не было найдено ни одной киевской монеты. То есть, следуя логике графа О. С. Уварова, мы имеем полное право заявить: в течение IX-XVI веков Мерянская земля и ее жители практически не имели экономических и торговых отношений ни с Великим княжеством Киевским, ни с Великим княжеством Литовским. Надеюсь, это очевидно. Хотя «старая московская ложь» до сих пор не позволяет нам спокойно, легко принять эту простую аксиому. Однако не стоит забывать: Киев чеканил монеты с X по XIII века и далее, во времена Литовско-Русского княжества, в XIV-XV веках. Эти истины нерушимы.
Это третье отличие марийцев от славян.
Меряне не имели государственных связей с киевскими славянами до прихода войск хана Батыя.
О христианской православной вере мы поговорим ниже. Это очень серьезный вопрос, который вовсе не свидетельствует о государственных связях.
О том, что страна Моксель является именно страной народа мери, Вильгельм де Рубрук дал в своей книге еще одно очень ценное свидетельство. Послушайте:
«Об одежде их и одежде (татар). Знайте, что из Китая и других восточных стран, а также из Персии и других южных стран к ним доставляются шелковые и золотые ткани, а также ткани из хлопка, в которые одеваются летом. Из Руси, из Мокселя, из великой Болгарии и Паскатира, то есть из великой Венгрии, из Керкиса (все эти страны лежат на севере и полны лесов)... которые им подчиняются, привозят им дорогие меха разных сортов, которых я никогда не видел в наших странах и в которых они одеваются зимой» [Иоанн де Плано Карпини. История Монгалов; Вильгельм де Рубрук. Путешествие в Восточные страны. — с. 76].
Посмотрите, в каком порядке Рубрук (явно с запада на восток) расположил северные страны, покоряющиеся хану Батыю: Русь, Моксель, Булгарию, Паскатырь, Керкис. Именно между Россией и Болгарией лежала страна Моксель. Кстати, он сопоставим с ними. Вспомните карту «Мерянской земли» графа О. С. Уварова, и вам сразу станет ясно, что именно Меря располагалась между русичами и булгарами и, по словам Вильгельма де Рубрука, имела название — «страна мокселей». Потому что, как говорит путешественник, «Русь... простирается от Польши и Венгрии до Танаида (дон). Эта река служит восточной границей России». И больше никаких земель, никаких народов не принадлежало Киевской Руси. Здесь «тяжелая ложь» совершенно неуместна. А за страной и народом Мокселя (Меря) лежала страна Булгария, затем — Башкирия (Паскатыр), а за ней — Керкис (Сибирь). При этом обратите внимание на то, что Рубрук называл достаточно крупные и сопоставимые, как на тот момент, страны и народы. И он не упомянул ни одного маленького племени среди северных стран, коих было много в те времена.
Кстати, тот же Рубрук, помня о мордовском народе, отделил его от мокселя четко по религиозному признаку. К 1253 году часть мордвой приняла мусульманскую веру, поэтому попала под влияние Булгарского царства. Он нигде не видитвыделили мордва в отдельное государство, потому что «мерды, которых латиняне называют мердинисами, а они сарацинами». То есть мусульмане. А ту часть финского этноса, которая сохранила свои языческие верования, Рубрук относит к «стране Моксель» (они ели свинину!!). Именно эта часть финского этноса — «страна Моксель» — имела своего «государя» до 1237 года, который умер в Германии.
Об этом нам рассказали монеты, найденные в земле Мерян.
Еще одним несомненным фактором являются свидетельства проживания Мери на земле своих предков в течение длительного исторического периода. Наличие, скажем, арабских монет IX-X веков или немецких монет XI-XII веков свидетельствует о том, что мерийцы жили на своей мерянской земле в то время. В то же время наличие европейских и азиатских монет подтверждает мнение о том, что мерийцы вели торговлю как с азиатскими, так и с европейскими странами и народами.
Торговля с Востоком и Западом имела определенные нюансы. В первую очередь, о времени. По свидетельству арабских путешественников X века, мерянцы в те времена торговали в основном через Волжскую Булгарию, мощное, развитое государство, используя ее в качестве посредника, потому что: «Никто не путешествует для торговли дальше Булгара (столицы страны)., потому что туземцы убивают чужеземцев». Следует полагать, что в этих вопросах меряне не делали исключений для представителей западных народов.
Посмотрите, как на первый взгляд ничтожный факт перечеркнул московскую ложь, якобы новгородские и киевские князья чуть не ушли в свой дом в X веке в так называемую Ростово-Суздальскую землю. Обыкновенная московская фантастика. Пожелали для себя, как всегда, исключения из правил.
Очевидно, что в IX-X веках торговля между Мери и Западом была ограничена, потому что ближайшими культурными центрами были Новгород и поселения на Балтийском море, во многих сотнях километров от «Мерского стана», а прямого водного сообщения по «главной Мерийской дороге — Волге» не было. В результате в VIII-X веках мерийцы имели в основном связь с Востоком, то есть с Волжской Булгарией. Об этой жестокой правде свидетельствовали и монеты, найденные в курганах Мерян. Среди более чем 300 монет XII веков более 180 имеют азиатское происхождение, они относятся к VIII-X векам. Неужели факты неумолимы? В то время в обращении было очень мало европейских монет.
Какие бы басни ни предлагали так называемые русские «летописи», факты говорят о том, что в VIII-X веках городские головы Ростово-Суздальской земли практически не имели связей с Новгородом, Киевом и странами Балтии. Эта истина подтверждается источниками, которые содержались в мерийских курганах. Кстати, хочу напомнить: археолог О. С. Уваров и профессор Д. О. Корсаков своими трудами свидетельствовали об очень интересной истине: именно в IX-X веках мерийцы продолжали осваивать свои западные и северные земли. Послушаем:
"По Шексне колонизационное движение (Мери) проникло в Белоозеро и распространилось от него дальше в Двинскую землю."
А не наоборот, как «проповедуют» великороссийские «баснописцы истории». Зная, как были «найдены» екатерининские «летописи» и какую цель они преследовали, мы им не доверяем.
Ярым защитникам «московских славян» неоднократно предлагалось провести независимые химические, биологические, бактериологические и тому подобные экспертизы бумаги, чернил и почерка древнейших «летописных сводов», хранящихся на Русибиблиотеки, и убедиться, к какому времени они принадлежат. Ведь даже серьезные российские ученые не сомневаются, что мы имеем дело с книгами XVIII века. Екатерининские времена!
Вот что писал о них О. С. Уваров:
«Превосходство восточных монет над западными свидетельствует о том, что мерийская торговля с Востоком была более оживленной, чем с Западом; в то же время тот факт, что до XI в. отчеканено так много восточных монет, свидетельствует о том, что эти торговые сношения с Востоком начались гораздо раньше, чем торговля с Западной Европой" [Уваров А. С. Меряне и их быт по курганным раскопкам., с. 75].
"Первые западные монеты (из Германии) относятся к X веку, а первые англосаксонские монеты - к концу X - началу XI века" [там же, с. 75-119].
Археолог А. С. Уваров допустил сознательную ошибку, сравнив год выпуска монеты в чужой, далекой стране с годом ее появления на Мерской земле. Скорее всего, монеты появились у мерийцев через несколько десятилетий после их чеканки. Думаю, в этом нет никаких сомнений. В своей книге граф А. С. Уваров намеренно «сдвинул время». Что вполне объяснимо. Ведь он спешил как можно скорее «славизировать» мерян.
Обращаю ваше внимание на еще одну интересную истину, о которой умалчивают российские историки. Вон, даже так называемые «летописные сводки» выдают интересный факт: ни в одном из них с 913 по 988 год не упоминается так называемая Ростово-Суздальская земля. Кажется, что его вообще не существовало. Выше мы привели слова профессора Д. О. Корсакова по этому поводу. Этот факт, наряду с тем, что европейских монет IX — большей части X века на Мерийской земле не было, свидетельствовал об отсутствии связей между мерами и славянскими киевскими, новгородскими и другими европейскими народами. Это не должно удивлять. Великорусские «авторы летописей» не ожидали, что когда-нибудь кому-то позволят разрушить их лживую «теорию».
В данном разделе мы не будем углубляться в дебри русских «летописей», чтобы подтвердить исследования профессора О. О. Шахматова, из которых следует, что ранее, вплоть до 913 года, ни один из киевских князей не появлялся в так называемой Ростово-Суздальской земле, или, скорее, в земле моксельского народа. Это были элементарные выдумки авторов «истории, в основном России».
Послушаем еще раз графа О. С. Уварова. На этот раз его размышления о Византии и византийских монетах:
«... В целом следует отметить, что, судя по небольшому количеству найденных византийских монет и относительно небольшому количеству византийских предметов, меряне не имели прямых торговых отношений с Грецией. Сначала посредниками для мерян в приобретении византийских товаров служили булгары, а затем, предположительно, норманны Новой ЗеландииГорожане взяли эту монополию в свои руки» [там же, с. 88].
В мерянских курганах и кладах были найдены только три византийские монеты: одна возле села В. Брембала и две возле села Васильки. Монеты относились ко второй половине X века.
Археолог О. С. Уваров справедливо свидетельствует, что судя по небольшому количеству монет, а главное, по отсутствию в курганах вещей, украшений и других предметов византийского производства, меряне не имели прямых торговых контактов с Византией. Это тем более удивительно, что в то время великие киевские князья считали Константинополь чуть ли не своим «домом». Думаю, никто не забыл: от Олега до княгини Ольги и князя Владимира связь с Византией поддерживалась более чем регулярно. Как видим, мерянцы не имели никакого отношения к этой киевской фамильной связи.
Таков парадокс Ростово-Суздальской земли! Хотя «великороссы» уже более 200 лет поют совсем другие песни. И даже не заглядывают в исследования археолога О. С. Уварова.
Однако это только цветочки. Оказалось, что, раскопав 7729 курганов, а позже дополнительно изучив еще несколько тысяч раскопок, также проведенных в Мерянской земле археологами К. М. Тихонравовым, А.. Богдановым, М. О. Ушаковым, Л. М. Сабанеевым и другими, граф О. С. Уваров не нашел ни одной киевской монеты. Но если А. С. Уваров высказал вполне определенное мнение о византийских монетах и о связях посадника с Византией, тогда граф даже не упомянул о связях Мерянской земли с Киевским государством в IX-XIII веках. Точнее будет сказать: «пели старинные песни», полностью игнорируя вопрос нехватки киевских монет. Вполне понятно, что он делал это вполне осознанно. Как и десятки других российских археологов того времени. Кстати, нужно понимать, что лютая российская цензура, как царская, так и большевистская, никогда не позволила бы вам говорить на такую тему. Поэтому довольно сложно сказать, было ли молчание сознательным или вынужденным. И это не имеет решающего значения. Можно с уверенностью сказать: ученый такого уровня, как А. С. Уваров, конечно же, не мог не заметить такое явление и не сделать соответствующих выводов. Как и то, что граф О. С. Уваров не произнес ни одного слова по этому поводу.
Так, в Мерянской земле (будущей Московии) в курганах как первого (IX-XII вв.), так и второго (XII-XVI вв.) периодов во время раскопок XIX в. не было найдено ни одной киевской монеты. То есть, следуя логике графа О. С. Уварова, мы имеем полное право заявить: в течение IX-XVI веков Мерянская земля и ее жители практически не имели экономических и торговых отношений ни с Великим княжеством Киевским, ни с Великим княжеством Литовским. Надеюсь, это очевидно. Хотя «старая московская ложь» до сих пор не позволяет нам спокойно, легко принять эту простую аксиому. Однако не стоит забывать: Киев чеканил монеты с X по XIII века и далее, во времена Литовско-Русского княжества, в XIV-XV веках. Эти истины нерушимы.
Это третье отличие марийцев от славян.
Меряне не имели государственных связей с киевскими славянами до прихода войск хана Батыя.
О христианской православной вере мы поговорим ниже. Это очень серьезный вопрос, который вовсе не свидетельствует о государственных связях.
О том, что страна Моксель является именно страной народа мери, Вильгельм де Рубрук дал в своей книге еще одно очень ценное свидетельство. Послушайте:
«Об одежде их и одежде (татар). Знайте, что из Китая и других восточных стран, а также из Персии и других южных стран к ним доставляются шелковые и золотые ткани, а также ткани из хлопка, в которые одеваются летом. Из Руси, из Мокселя, из великой Болгарии и Паскатира, то есть из великой Венгрии, из Керкиса (все эти страны лежат на севере и полны лесов)... которые им подчиняются, привозят им дорогие меха разных сортов, которых я никогда не видел в наших странах и в которых они одеваются зимой» [Иоанн де Плано Карпини. История Монгалов; Вильгельм де Рубрук. Путешествие в Восточные страны. — с. 76].
Посмотрите, в каком порядке Рубрук (явно с запада на восток) расположил северные страны, покоряющиеся хану Батыю: Русь, Моксель, Булгарию, Паскатырь, Керкис. Именно между Россией и Болгарией лежала страна Моксель. Кстати, он сопоставим с ними. Вспомните карту «Мерянской земли» графа О. С. Уварова, и вам сразу станет ясно, что именно Меря располагалась между русичами и булгарами и, по словам Вильгельма де Рубрука, имела название — «страна мокселей». Потому что, как говорит путешественник, «Русь... простирается от Польши и Венгрии до Танаида (дон). Эта река служит восточной границей России». И больше никаких земель, никаких народов не принадлежало Киевской Руси. Здесь «тяжелая ложь» совершенно неуместна. А за страной и народом Мокселя (Меря) лежала страна Булгария, затем — Башкирия (Паскатыр), а за ней — Керкис (Сибирь). При этом обратите внимание на то, что Рубрук называл достаточно крупные и сопоставимые, как на тот момент, страны и народы. И он не упомянул ни одного маленького племени среди северных стран, коих было много в те времена.
Кстати, тот же Рубрук, помня о мордовском народе, отделил его от мокселя четко по религиозному признаку. К 1253 году часть мордвой приняла мусульманскую веру, поэтому попала под влияние Булгарского царства. Он нигде не видитвыделили мордва в отдельное государство, потому что «мерды, которых латиняне называют мердинисами, а они сарацинами». То есть мусульмане. А ту часть финского этноса, которая сохранила свои языческие верования, Рубрук относит к «стране Моксель» (они ели свинину!!). Именно эта часть финского этноса — «страна Моксель» — имела своего «государя» до 1237 года, который умер в Германии.
Об этом нам рассказали монеты, найденные в земле Мерян.
